tatshi
это не свинарник-это моя комната
Какузу любил деньги. Какузу очень любил деньги. Какузу очень-очень любил деньги. Какузу очень-очень-очень… Ну, в общем, вы поняли, что деньги - это его страсть, а возиться с ними - его хобби. Свое увлечение Какузу превратил в работу, сделавшись самым счастливым Нукенином на свете. Еще бы! День и ночь он занимался любимым делом: считал, пересчитывал, записывал, снова пересчитывал и опять записывал… Сотня, нет, тысяча блокнотов была исписана его мелким почерком. Учет доходов и расходов велся аккуратно и точно.
Но однажды случилось пренеприятное происшествие: Какузу приснился странный сон…
К своему сновидению он отнесся ответственно. Проснувшись, наш герой включил компьютер (конечно, подержанный!), модем (конечно, украденный!), интернет (конечно, Wi-fi!), а затем зашел на сайт любителей денег, ввел логин и пароль, написав на форуме следующее сообщение:

27.05.ХХ
06:14
Пользователь Кошелек:
«Приветствую! Сегодня мне приснился сон, в котором я сочиняю басню. Что бы это могло значить?»

Спустя миг окошечки с ответами запрыгали по монитору. От этих комментариев сердечко Какузу екнуло. (Это, впрочем, не важно - запасные имелись).

27.05.ХХ
06:16
Пользователь Советский Рубль:
«Сочувствую, друг!»

27.05.ХХ
06:18
Пользователь Сумасшедший Доход:
«Мужайся!»

27.05.ХХ
06:19
Пользователь Валюта:
«Кошелек, Ваш сон - плохой знак, предвещающий потерю денег из-за ваших непродуманных действий».

Остановка сердца. Клиническая смерть.

***


После черного майского утра Какузу еще раз перечитал книгу Скруджа Макдака «Что делать, чтобы водились деньги». Заповедям богатейшего селезня он следовал со священным трепетом. (Какузу делал это и раньше, однако сейчас руководствовался учением с особым прилежанием).
«Деньги нужно любить, постоянно думать о них…» - учил Скрудж. Какузу думал. Каждую секунду он представлял себе запах купюр или звон монет.
Горстку йен в углу своей комнаты он увеличил до горы. «Чем она больше, тем сильнее вибрации, привлекающие деньги…» - пояснялось в книге.
«Когда деньги приходят к вам, разговаривайте с ними, например: «Здравствуйте, мои маленькие хрустящие бумажечки…». Какузу решил поговорить с каждой монеткой. Обходительно и вежливо он выспрашивал у позолоченных об их здоровье и личной жизни. Монетки отвечали, что им у него хорошо и уходить они не хотят. Во время очередного сеанса в комнату заглянул Кисаме. Его мысли озвучивать не будем. Они понятны каждому. «Скорая», пусть и с опозданием, все-таки приехала…
«Не давайте взаймы во вторник и на убывающей луне, а также вечером…» - гласила одна из глав пособия. Какузу потер ручки. В долг он вообще не давал.
«Щедро раздавайте чаевые за хорошо сделанную работу - к вам вернется в три раза больше…» Притворимся, что этот пункт учения он просто не заметил.
С десятикратным усердием Какузу пересчитывал деньги, с десятикратным усердием записывал результат, выводя каждую циферку, каждую буквицу. Он опасался подвоха…

МАЙ
Всего: пять тысяч йен.
Химчистка плащей – пятьсот йен. (Для чего вообще нужна Конан?!)
Корм для рыбок – двадцать йен. (Кисаме требовал).
Журнал «Починись сам» - десять йен. (Сасори требовал).
Сейф чугунный. Тройная защита – семьсот йен. (Душа требовала).
Соленые орехи – две тысячи йен. (Какая глупость…)
Провизия – одна тысяча йен. (Зажрались!!!)
Навоз – триста йен. (Подкармливать Зецу приходилось).
Массажистка – сто семьдесят йен. (Нож в сердце! Уволить!)
Расходы с миссии – тридцать йен. (На каждого. Чтоб не забывались).
Прочее – пять йен. (В следующем месяце сократить!!!)
Остаток: двести шестьдесят пять йен.

Нахмурившись, Какузу пробежал по строчкам еще раз. Что-то ему определенно не нравилось. Прочее? Да нет… Массажистка? Не походит. Расходы с миссии? Да, да, пожалуй! В глубокой задумчивости Какузу перелистал другие блокноты. Все-таки нет - не в этом дело.
Еще раз по списку!
Химчистка, корм, журнал, сейф, орехи, провизия… Так! Стоп! Орехи?! Какие, к Мадаре, орехи?!
Словно ужаленный, Какузу помчался на кухню, размахивая отчетным листком. Открывая ящики, он искал следы соленых орехов. Две тысячи йен! Подумать страшно!!! Какое богохульство!

- Вы не правы, Сасори но дана-а, мм… Искусство есть миг, да!
- Замолчи, Дейдара…
- Эй! Что ты там ищешь, мм?..
Захлопнув дверцу шкафа, Какузу подскочил к Дейдаре, тряся его за грудки.
- ОРЕХИ!!! ГДЕ ОРЕХИ?!!
Голова Дейдары металась из стороны в сторону, и Сасори испугался, что от ритмичной встряски она оторвется.
- Да-а-н-на… Он сошел с ума-а-а…
Удар!
Какузу свалился на пол, провалившись в забытье. Сасори все-таки вмешался…

***


Минула неделя. Какузу сильно постарел, два сердца уже отказали. (Это, впрочем, не важно - запасные имелись). Орехи. День и ночь он думал об орехах. Бразильские орехи, водные орехи, грецкие орехи, кедровый орехи… Он был готов простить даже фисташки, но ПОТРАТИТЬ ДВЕ ТЫСЯЧИ йен на СОЛЕНЫЕ орехи… Нет, этого Какузу не простит никогда.
Не щадя оставшиеся сердца, он читал архивы.

СЕНТЯБРЬ
Соленые орехи – две тысячи йен.
ОКТЯБРЬ
Соленые орехи – две тысячи йен.
НОЯБРЬ
Соленые орехи – две тысячи йен.
ДЕКАБРЬ
Соленые орехи – три тысячи йен.

Заговор, не иначе. Нукенины темнили, хитро водили за нос, разбрасываясь его (ЕГО! ЕГО!!!) деньгами!!! Деньгами Величайшего Какузу На Свете, Повелителя купюр, Барона монет, Герцога кредитов! Сам Скрудж Макдак пожимал его руку, Абрамович занимал в долг до получки! И теперь двадцать четыре тысячи йен (на глаз, без калькулятора и счетов) потрачены на ОРЕХИ!!! Скандал! Позор!!!

Какузу пытался выяснить, куда исчезла тонна орехов (именно столько можно купить на данную сумму), и получал неутешительный ответ:
- Съедена.

Медленно, но верно, Какузу лишался рассудка… Он не знал, что делать, как быть. В голове проскочила мысль: может, все его деньги ушли в Кремль? Нет, портал в параллельную Вселенную зарыли год назад. Что же тогда? Какузу сходил с ума…

***


Ему снилось…
Солнце поднималось над горизонтом, освещая священную Землю Денег. Йены росли на деревьях, спелыми плодами свисая с ветвей; монеты устилали тропу, ведущую к огромному зданию из стекла и бетона. Разведя руки, Какузу бежал по райскому саду навстречу замку мечты, предвкушая увидеть зеленые плакаты «Сбербанка», как вдруг… Солнце зашло. Задул ветер, нехороший ветер… Не «Сбербанк» и даже не «ВТБ»… Неоновая вывеска ослепила Какузу: «Радость волос и тела».
- Ответ придет с рассветом, сын мой!.. - Божественный лик Скруджа Макдака озарил Какузу, растаяв в дымке…

***


- С рассветом, рассветом… - бормотал Какузу, заправляя кровать.
Часы показывали пять. Довольно рано… Сев на табурет у стола, Какузу стал ждать. Чего конкретно - он пока не знал, но раз Скрудж сказал - с рассветом, значит, с рассветом…
Тик-тик-тик… Время шло, но ничего не происходило. Какузу начал сомневаться. С одной стороны, он терял драгоценное время (обычно в такой час он уже вовсю корпел над блокнотами, уходя в цифровой астрал), с другой - он не мог ослушаться наказа наставника. Набравшись терпения, Какузу выпрямил спину, слушая тишину…
Тишину? Шажки за дверью привлеки его внимание. За работой Какузу никогда не замечал посторонних шорохов, и уж тем более не мог предположить, что кто-то просыпается в то же время, что и он. Рядовые акацушники - бесполезные лентяи!
Заинтересовавшись, Какузу примкнул к замочной скважине.
Держа в руке свечку, Итачи, озираясь, шел по коридору в направлении ванной. Подойдя к двери, Учиха тихо постучал, шепнув:
- Соленые орехи.
- Занято, *****! – рявкнули в ответ.
- Открывай, Хидан.
- Да иди ты на ***! Я не реактивный! – Дверь распахнулась, Хидан вышел. – Заходи…
Все это было очень и очень странным…

***


На следующий день Какузу встал еще раньше. Не шурша, не бормоча, не считая - он слушал все, что происходило в коридоре. Утренний обряд настораживал его. Итачи, Хидан и даже Пейн по очереди заходили в ванную, проводя там, по меньшей мере, полчаса.
Вены режут? Трупы прячут? Шаманят? Какузу гадал.
Связано ли это с утерянными деньгами и пропавшими орехами, Какузу не знал, но выяснить суть утреннего ритуала очень хотел, поэтому обратился за помощью к одному очень хорошему мальчику…

***


Какузу протянул Тоби конфетку.
- Трам-пам-пам! Какузу-сан угостил Тоби конфеткой! Спасибо, Какузу-сан! Какая вкусная конфетка!!!
- Конечно. Это конфета моего детства. Она последняя - таких уже лет шестьдесят в продаже нет…
Тоби энергично закивал, катая сладость на языке. Какузу сел рядом, приобняв его за плечи.
- Скажи мне, - ласково начал он, - дорогой, не знаешь ли ты, чем Хидан и остальные занимаются в ванной каждое утро?
Тоби призадумался. Засунув конфетку за щеку, он приступил к дроблению, разгрызая угощение.
Хрум! Хрум!!!
- Тоби думает, что они умываются, - наивно выпалил «good boy», повернувшись к Какузу.
Кошелек подавился слюной.
- Но мы-то с тобой не умываемся. - Он хотел добавить «так долго», однако Тоби перебил:
- Но у нас-то маски! Тоби любят и так! Оло-ло! Он хороший мальчик и может не умываться!!! Какузу-чан тоже может не умываться! И Зецу! Тро-ло-ло! - Тоби закружился в танце.
Любопытная гипотеза…

***


Какузу распаковывал посылку. Выкинув вату, он извлек из коробочных недр миниатюрную камеру слежения.
Отечественная. Вьетнамская. Надежная, простая, незаметная.
Для такого дела и десяти йен не жалко. Установив прибор в ванной, Какузу протянул провода к своей комнате, подключив их к компьютеру. Настроив изображение, он лег спать.
Завтра утром все раскроется.

***


05:00
Какузу смотрел на экран.

05:12
Ни-че-го…

05:20
Ни-че-го…

05:22
Ни-че-го… себе!!!
В ванную зашла Конан. Включив воду, она развязала пояс халата, вставая под тугие струи. Соблазнительными изгибами её точеная фигурка вырисовывалась на фоне ширмы, ограждающей душевую.
Кровь пошла носом. Отлипнув от экрана, Какузу сцепил зубы, сдерживая поток ругательств. Сквернословить в его возрасте – себя не уважать. Выждав немного, он вернулся к слежке.
Стоя напротив зеркала, Конан красилась. Парящим жестом она наносила на веки тени (кокетливо хлопая ресницами с интервалом в пару секунд), едва касалась полных уст блеском, пудрила носик… Окинула себя оценивающим взглядом. Хороша-а-а… Пшикнувшись напоследок духами из розового флакона, Конан покинула ванную. Какузу облегченно вздохнул. Развратником он себя не считал.

Следующим под прицел видеокамеры попал Дейдара. Прикрыв за собой дверь, он открыл потайной ящичек в одной из стен. Шампуни, ополаскиватели, укрепляющие маски на основе трав. Ровный ряд тюбиков и баночек расставлен по краям умывальника. Стянув резинку, Дейдара приступил к церемонии расчесывания и помывки. Водя гребешком по волосам, подрывник напевал, любуясь золотистым блеском прядей.
Какузу накапал валерьяночки.

С твердым намерением добить шпиона в ванную зашел Кисаме. Брезгливо выудив из раковины несколько волосинок Дейдары, он покрутил кран.
Так вот он, этот некто, тративший горячую воду! Вот кому Какузу обязан защемлением тридцати спинных позвонков во время сматывания кубов со счетчика магнитом! Да будь ты проклят, карась беременный!
Ничего не подозревающий Кисаме оскалился. С помощью щетки (обычно такими ботинки натирают) он яростно натирал клыки. Забыв о тонкости эмали, Кисаме чистил зубы с тем же рвением, коим рвал своих жертв. Вжик-вжик-вжик!!! Целый тюбик пасты ушел на чистку. Но результатом Кисаме остался доволен. Сверкнув белизной, он выставил большой палец. Встреча с Зеленым Зверем Конохи, увы, не прошла для него бесследно…
Сто грамм. Без них не обойтись. Скрутив сигаретку, Какузу от души затянулся.

Итачи. В ванной он пробыл не больше десяти минут, но то, чем Итачи занимался, разрушило все представления Какузу о естественной красоте. Ресницы! Учиха красил ресницы!!! Оказывается, это тушь «Мейбелин» придавала взгляду Итачи ту особую сексуальность, сделавшую его кумиром миллионов. Ох, Учиха…

Хидан, поигрывая мускулами, смазывал кожу детским кремом «Тик-так» для придания ей мягкости и упругости. Секрет достался ему от мамы. Плюнув на ладонь, он так же зализал непокорные волосы, добавив немного геля. Подчеркиваю: немного. Влияние Какузу, точно!

Кошелек умирал. Гибло все его существо. Он догадался. Он понял! Его сбережения, его денежки, любимые денежки тратились на шампуни, расчески, гели, муссы, тени, помады, туши, духи и…

И Сасори продемонстрировал утюжок! Утюжок для выпрямления волос!! Со слезами на глазах Какузу смотрел, как старший член «Акацки» сражается с непокорными кудряшками. Стоило Сасори закончить распрямлять челку, начинали виться концы. Забыв о челке, Данна вытягивал концы, наблюдая, как челка медленно-медленно скручивается колечком… Сколько выдержки надо иметь, чтобы распрямить волосы полностью! Сасори, к счастью, столько не имел, поэтому остановился на том, что получилось. Утюжок он старательно спрятал.

Все. Какузу откинулся на стуле. Все… Не все! Пейн! Как он мог забыть о Пейне?!

Лидер перекинулся с Сасори парой слов и зашел в Ритуальную Комнату. За ним тащились пять его тел. Забившись в крохотное помещение, каждый из Путей открыл чемоданчик, заранее принесенный с собой. Пейн одобрительно кивнул.
- Приступаем, – сказал он.

Хоть Кошелек и сидел в своей комнате, через монитор он уловил удушливый запах лака. Пейн и его рыжики красили ногти. У Какузу остановилось последнее сердце. Аминь.

***


ИЮНЬ
Всего: одна тысяча пятьсот йен.
Химчистка плащей – ноль йен. (Недаром Конан женщина).
Корм для рыбок – ноль йен. (Теперь Кисаме лично выкапывает червячков).
Журнал «Починись сам» - ноль йен. (Сасори больше не ломается).
Сейф железобетонный. Десятикратная защита – девятьсот йен. (Шампуни, расчески, гели, муссы, тени, помады, туши, зубные пасты, утюжки и лаки – все надежно спрятано).
Фисташки – пять йен. (Для души).
Провизия – ноль йен. (Грызи фисташки, Нукенин!)
Навоз – триста йен. (Подкармливать Зецу по-прежнему приходилось).
Массажистка – ноль йен. (Уволена).
Расходы с миссии – пять йен. (Чтоб не забывались).
Прочее – ноль йен. (Сокращено).
Остаток: двести девяносто йен.

Какузу был суров и непоколебим. На этот год он разработал жесткий график. Цель – восстановить истраченные денежные запасы. Награда – торжественное открытие железобетонного сейфа. А пока, в течение ближайших трехсот шестидесяти пяти дней, ни один акацушник не задержится в ванной больше пяти минут…

@темы: наруто